Книги из серии "Повести"

— Ничего нового вы мне не скажете, — нетерпеливо прервал его Лодж. — Это я уже слышал неоднократно. «Вы только вообразите — сотворить человеческое существо в ином, нечеловеческом, облике!» — Причем именно человеческое существо, — подчеркнул Форестер. — Вот в чем соль, Бэйярд. Не в том, что мы искусственно…

— Тут немного другая картина, — сказал Уоррен. — Тут же нет никаких туземцев… По правде говоря, на этой планете вообще почти ничего не было. Она казалась заурядной в буквальном смысле слова и не смогла бы набраться незаурядности даже за миллиард лет. А разведка, само собой, не проявляла особого интереса…

В принципе, я не жалел, да и до сих пор не жалею, что в пару мне достался именно Олли. Жалеть – это вообще идиотизм. Чтобы получить право на участие в третьем туре соревнований мы – я и Олли, то есть, на казенном языке циркуляров «пара соискателей» – должны были пройти несколько испытаний второго тура.…

Типовой сюжет: интервью с бойцами элитных подразделений (обычно – берсальерами) на фоне поверженной неприятельской техники. Типовой тон репортера: озабоченный, вдумчивый, заискивающий. Типовое настроение элиты: яростно-воодушевленное. Глаза горят демоническим огнем. На вопросы про жизнь – ответы…

Сыскав себе пустующую землянку зверовщиков, Фрит устроил у закопченого очага жертвенник. Кое-как разжег огонь, воскурил последнюю щепоть благовонной смеси. И торопливо зарезал на нем двух недомерочных, с тусклым летним мехом хорьков. А когда земля насытилась кровью, возложил на жертвенник четыре огромных…

К счастью, нидерландская знать наслышана о Конане Киммерийце. Поэтому, когда я, отчаявшись, все-таки решился явиться ко двору короля Зигмунда и смог доказать, что являюсь тем самым легендарным Конаном, мне поднесли хорошую выпивку, сносную закуску и навалились со всех сторон с расспросами. Когда я…

Местные женщины с упоением злословили по поводу этого одеяния. Говорили, что руки Нимари страшно обгорели во время давнего пожара, что она не разоблачается даже дома – самой-де смотреть противно. Но Гайс, которого научили думать о людях хорошо, в пожар и уродства не верил. В конце концов, для лучника…

– Откуда ты их будешь выковыривать, не моя забота. Это тебе решать. Короче, берешься ты или нет? – сова вновь раскрыла клюв. – На подготовку тебе неделя, потом неделя на работу. Двадцать седьмого июля, не позже, камни должны быть у меня. – Нет, недели на работу мало. Сами знаете, мистер Дьюри, как…

Бегло пролистав «Безумную мудрость», Николай отложил ее и принялся за письмо. «Здравствуй, Николай!» — писал дядя — «Когда посылка найдет тебя, я, вероятнее всего, буду уже мертв. Но не печалься обо мне. Смерть есть рождение в новую жизнь, которая в моем случае будет точно лучше старой. Книгу отправляю…

– Да, кое в чем ты прав, – кивнул Владимир. – «Китайский вирус» убил в две тысячи седьмом году более миллиарда человек. Но следующая эпидемия произошла почти через полвека! В промежутке же технологический кризис проявил себя в полную силу. Число изобретений и открытий в период с двухтысячного по две…

– Да. – Это я, я! – Степан, как всегда, почти кричал. – Ты просил позвонить, помнишь? – Точно, – вяло ответил Сергей, и нашел в себе силы поглядеть на часы. Так и есть, уже четыре. В шесть им со Степаном надлежит быть в одном очень интересном месте. – Ну я позвонил! – Степан, судя по голосу, не…

На этот раз Ярослав действовал по-другому. Меч засверкал в его руках, полосуя воздух. Отрубленные щупальца с противными шлепками падали на камни, а ухватить человека тварь никак не могла. Лишь потеряв половину конечностей, Иной отступил. Но Ярослав не дал ему уйти. Подпрыгнул и, выбросив руку, поразил…

Тут, по невольному внутреннему движению, хотел я броситься к незнакомцу и прижать его к сердцу своему, но капитан мой в самую сию минуту взял меня за руку и сказал, что благоприятный ветер развевает наши парусы и что нам не должно терять времени. – Мы поплыли. Молодой человек, бросив гитару и сложив…

Сделав небольшой первый глоток, нельзя не признать, что движения у него были довольно изящные, он ладонь руки потер свои глаза, затем провел по лицу. И, о боже, какая метаморфоза произошла на моих глазах. Напротив меня сидел ухоженный холеный мужчина, глаза которого уже не бегали, а в выражении лица…

– Назад! – рявкнул он. – Отходим живо! В бою и походе командует тот, кто первым разобрался в обстановке, но, едва вокруг отряда сомкнулись осточертевшие кусты черёмухи, ван Гариц повернулся к старому служаке и спросил резко: – Так в чём, собственно дело? От кого мы бежали? – Вы же слыхали, – хмуро…

— Институт?.. Аттестат… Десять классов… Сталевар уставил на него круглые жёлтые глаза и озадаченно поскрёб за ухом. — Учиться — не учился, работать — не работал… А что же ты тогда делал? И мне снова почудилось, что Гриша сейчас бросится от нас бежать — сломя голову, не разбирая дороги… Но тут…

Капитан кивнул и записал в блокноте: «Шерхебель – спортивное общество – шлюпка». – Давно тренируетесь? Замдиректора стыдливо потупился. – Базы нет, – застенчиво признался он. – Урывками, знаете, от случая к случаю, на голом энтузиазме… Капитан помрачнел. «Энтузиазм! – записал он. – Базы – нет?»…

— Ну что ещё у тебя? — Товарищ лейтенант, — очнувшись, сказал Царапин. — Полигон помните? — Допустим. — Акимушкин насторожился. — А ведь там легче было… — Что ты хочешь сказать? — Помех не поставили, — со странной интонацией произнёс Царапин. — Противоракетного манёвра не применили. Скорость…